Сведения об использовании огнеметных средств относятся еще ко времени античности. Затем эти технологии были заимствованы византийской армией. Ромеи каким-то образом поджигали вражеский флот уже в 618 году, во время осады Константинополя, предпринятой аварским каганом в союзе с иранским шахом Хосровом II. Осаждавшие использовали для переправы славянскую морскую флотилию, которая и была сожжена в заливе Золотой Рог.
Воин с ручным огнеметным сифоном. Из Ватиканской рукописи "Полиоркетики" Герона Византийского (Codex Vaticanus Graecus 1605). IX-XI вв.
Изобретателем «греческого огня» был сирийский инженер Каллиник, беженец из захваченного арабами Гелиополя (совр. Баальбек в Ливане). В 673 году он продемонстрировал свое изобретение василевсу Константину IV и был принят на службу.
Это было поистине адское оружие, от которого не было спасения: «жидкий огонь» горел даже на воде.
Основу «жидкого огня» составляла природная чистая нефть. Точный его рецепт остается секретом по сей день. Впрочем, намного важнее была технология использования горючей смеси. Требовалось точно определить степень подогрева герметически закрытого котла и силу давления на поверхность смеси воздуха, нагнетаемого с помощью мехов. Котел соединялся со специальным сифоном, к отверстию которого в нужный момент подносился открытый огонь, кран котла открывался, и горючая жидкость, воспламенившись, изливалась на вражеские суда или осадные машины. Сифоны обычно изготовлялись из бронзы. Длина извергаемой ими огненной струи не превышала 25 метров.
Сифон для «греческого огня»
Нефть для «жидкого огня» добывалась в том числе и в Северном Причерноморье и Приазовье, где археологи в изобилии находят черепки от византийских амфор со смолистым осадком на стенках. Эти амфоры служили тарой для перевозки нефти, идентичной по химическому составу керченской и таманской.
Изобретение Каллиника было испытано в том же 673 году, когда при его помощи был уничтожен арабский флот, впервые осадивший Константинополь. По словам византийского историка Феофана, «арабы были потрясены» и «бежали в великом страхе».
Византийский корабль,
вооруженный "греческим огнем", атакует противника.
Миниатюра из "Хроники" Иоанна Скилицы (MS Graecus Vitr. 26-2). XII в. Мадрид, Испанская национальная библиотека
С тех пор «жидкий огонь» не раз выручал столицу Византии и помогал ромеям выигрывать сражения. Василевс Лев VI Мудрый (866–912) с гордостью писал: «Мы владеем различными средствами - как старыми, так и новыми, чтобы уничтожить вражеские суда и людей, сражающихся на них. Это огонь, приготовляемый для сифонов, из коих он мечется с громовым шумом и дымом, сжигающий суда, на которые его направляем».
Русы впервые познакомились с действием «жидкого огня» во время похода на Константинополь князя Игоря в 941 году. Тогда столицу Ромейской державы осадил большой русский флот - около двухсот пятидесяти ладей. Город был блокирован с суши и с моря. Византийский флот в это время находился далеко от столицы, воюя с арабскими пиратами в Средиземноморье. Под рукой у византийского императора Романа I Лакапина было только полтора десятка судов, списанных на берег из-за ветхости. Тем не менее василевс решил дать русам сражение. На полусгнившие посудины были установлены сифоны с «греческим огнем».
Завидев греческие корабли, русы подняли паруса и устремились навстречу. Ромеи поджидали их в бухте Золотого Рога.
Русы смело пошли на сближение с греческими судами, намереваясь взять их на абордаж. Русские ладьи облепили корабль ромейского флотоводца Феофана, шедший впереди боевого строя греков. В этот момент ветер внезапно стих, на море установился полный штиль. Теперь греки могли без помех использовать свои огнеметы. Мгновенная перемена погоды была воспринята ими как помощь свыше. Греческие моряки и солдаты воспрянули духом. И вот с окруженного русскими ладьями корабля Феофана во все стороны полились огненные струи. Горючая жидкость разлилась по воде. Море вокруг русских судов как будто внезапно вспыхнуло; несколько ладей разом запылали.
Действие ужасного оружия потрясло Игоревых воинов до глубины души. В один миг все их мужество исчезло, русами овладел панический страх. «Увидев такое, - пишет современник событий, епископ кремонский Лиутпранд, - русы тут же стали бросаться с кораблей в море, предпочитая утонуть в волнах, нежели сгореть в пламени. Иные, обремененные панцирями и шлемами, шли на дно, и их больше не видели, некоторые же державшиеся на плаву сгорали даже посреди морских волн». Подоспевшие греческие корабли «довершили разгром, много кораблей потопили вместе с командой, многих убили, а еще больше взяли живыми» (Продолжатель Феофана). Игорь, как свидетельствует Лев Диакон, спасся «едва ли с десятком ладей», которые успели пристать к берегу.
Так наши предки познакомились с тем, что мы теперь называем превосходством передовых технологий.
«Олядний» (олядия по древнерусски, - ладья, корабль) огонь надолго сделался на Руси притчей во языцех. В Житии Василия Нового говорится, что русские воины вернулись на родину, «чтобы рассказать, что с ними было и что они потерпели по мановению Божию». Живые голоса этих опаленных огнем людей донесла до нас «Повесть временных лет»: «Те же, кто вернулся в землю свою, поведали о случившемся; и об оляднем огне говорили, что это молнию небесную греки имут у себя; и, пуская ее, жгли нас, и сего ради не одолели их». Рассказы эти неизгладимо врезались в память русов. Лев Диакон сообщает, что даже тридцать лет спустя воины Святослава все еще не могли без дрожи вспоминать о жидком огне, так как «от своих старейшин слышали», что этим огнем греки превратили в пепел флот Игоря.
Вид на Константинополь. Рисунок из Нюрнбергской хроники. 1493 г.
Потребовалось целое столетие, чтобы страх забылся, и русский флот вновь осмелился приблизиться к стенам Царьграда. На этот раз это было войско князя Ярослава Мудрого, под предводительством его сына Владимира.
Во второй половине июля 1043 года русская флотилия вошла в Босфор и заняла гавань на правом берегу пролива, напротив бухты Золотой Рог, где под защитой тяжелых цепей, перегородивших вход в бухту, стоял на приколе ромейский флот. В тот же день василевс Константин IX Мономах приказал приготовить к битве все наличные морские силы - не только боевые триеры, но и грузовые суда, на которых были установлены сифоны с «жидким огнем». Вдоль берега были разосланы отряды конницы. Ближе к ночи василевс, по словам византийского хрониста Михаила Пселла, торжественно возвестил русам о том, что завтра он намерен дать им морское сражение.
С первыми лучами солнца, прорезавшими утренний туман, жители византийской столицы увидели сотни русских ладей, построенных в одну линию от берега до берега. «И не было среди нас человека, - говорит Пселл, - смотревшего на происходящее без сильнейшего душевного беспокойства. Сам я, стоя около самодержца (он сидел на холме, покато спускавшемся к морю), издали наблюдал за событиями». По-видимому, это устрашающее зрелище произвело впечатление и на Константина IX. Приказав своему флоту построиться в боевой порядок, он, однако, медлил с отдачей сигнала о начале сражения.
В бездействии тянулись томительные часы. Давно минул полдень, а цепь русских ладей все так же покачивалась на волнах пролива, дожидаясь, когда ромейские корабли выйдут из бухты. Только тогда, когда солнце начало клониться к закату, василевс, поборов свою нерешительность, наконец приказал магистру Василию Феодорокану выйти из бухты с двумя или тремя кораблями, чтобы втянуть врага в бой. «Те легко и стройно поплыли вперед, - рассказывает Пселл, - копейщики и камнеметатели подняли на их палубах боевой крик, метатели огня заняли свои места и приготовились действовать. Но в это время множество варварских челнов, отделившись от остального флота, быстрым ходом устремилось к нашим судам. Затем варвары разделились, окружили со всех сторон каждую из триер и начали снизу пиками дырявить ромейские корабли; наши в это время сверху забрасывали их камнями и копьями. Когда же во врага полетел и огонь, который жег глаза, одни варвары бросились в море, чтобы плыть к своим, другие совсем отчаялись и не могли придумать, как спастись».
По сообщению Скилицы, Василий Феодорокан сжег 7 русских ладей, 3 потопил вместе с людьми, а одну захватил, спрыгнув в нее с оружием в руках и вступив в бой с находившимися там русами, из которого одни были им убиты, прочие же бросились в воду.
Видя успешные действия магистра, Константин подал сигнал о наступлении всему ромейскому флоту. Огненосные триеры, в окружении кораблей поменьше, вырвались из бухты Золотого Рога и устремились на русов. Последних, очевидно, обескуражила неожиданно большая численность ромейской эскадры. Пселл вспоминает, что «когда триеры пересекли море и оказались у самых челнов, варварский строй рассыпался, цепь разорвалась, некоторые корабли дерзнули остаться на месте, но большая часть их обратилась в бегство».
В сгущавшихся сумерках основная масса русских ладей вышла из Босфорского пролива в Черное море, вероятно надеясь укрыться от преследования на прибрежном мелководье. На беду как раз в это время поднялся сильный восточный ветер, который, по словам Пселла, «взбороздил волнами море и погнал водяные валы на варваров. Одни корабли вздыбившиеся волны накрыли сразу, другие же долго еще волокли по морю и потом бросили на скалы и на крутой берег; за некоторыми из них пустились в погоню наши триеры, одни челны они пустили под воду вместе с командой, а другие воины с триер продырявили и полузатопленными доставили к ближайшему берегу». Русские летописи повествуют о том, что ветер «разбил» и «княж корабль», но подоспевший на выручку воевода Иван Творимирич спас Владимира, взяв его в свою ладью. Остальные ратники должны были спасаться кто как мог. Многие из тех, кто добрался до берега, погибли под копытами подоспевшей ромейской конницы. «И устроили тогда варварам истинное кровопускание, - заключает свой рассказ Пселл - казалось, будто излившийся из рек поток крови окрасил море».
Поход 1043 года стал последним в длинном ряду русских нашествий на столицу Ромейской державы.
Слава Богу, с надежным оружием, основанным на не-механических принципах поражения, в Античности и в Средних Веках были большие проблемы. Под "не-механическими принципами поражения" я понимаю такие достижения мертвительного искусства как воздействие на организм человека чем-либо помимо клыка животного, копыта лошади, куска дерева или железа. То есть чем? Магией, отравляющими газами, бактериями и вирусами, струей горящей жидкости, лучом лазера, взрывной волной или рентгеновским излучением.
Однако ненадежное оружие, основанное на не-механических принципах, имелось, использовалось и, увы, порою небезуспешно.
Химическое оружие. Так, спартанцы (известные затейники...) во время осады Платей в 429 г. до н.э. жгли серу, чтобы получить поражающий дыхательные пути сернистый ангидрид. При попутном ветре такое облачко, конечно же, способно было вызвать подлинный фурор в рядах неприятеля.
В благоприятных ситуациях, например, когда противник укрылся в пещере или направляется в осаждаемую крепость свежеотрытым подземным лазом, греки и римляне жгли мокрую солому вперемежку с другими материалами повышенной вонючести. При помощи мехов или в силу естественного течения воздушных потоков удушающее облако попадало в пещеру/подкоп и тогда кое-кому могло сильно не повезти.
Однако повышенная "контекстность" подобного оружия, отсутствие противогазов и синтетической химии на долгие века предопределили крайне низкую частоту применения химического оружия.
Бактериологическое оружие. Насчет бактериологического оружия есть разные мнения. Вроде бы какие-то кочевники бомбардировали осажденные города при помощи метательных машин горшками с зараженными грызунами. В нелюбимом мною фильме "Плоть, кровь и слезы" некий сильно умный воитель начала XVI в. использовал для аналогичных целей труп зараженного пса, который напился крови больных бубонной чумой солдат.
Бонзы античной историографии – Полибий, Ливий и Плутарх – в своем описании осады римлянами союзных карфагенянам Сиракуз (211 г. до н.э.) об использовании теплового оружия не сообщают, однако греческий писатель Лукиан (II в. н.э.) приводит любопытные сведения, за которые впоследствии радостно ухватились ученые, философы и художники Возрождения.
Архимед построил шестиугольное зеркало, набранное из небольших четырехугольных зеркал. Каждое из этих зеркал было закреплено на шарнирах и приводилось в движение цепным приводом. Благодаря этому, углы поворота зеркал можно было подобрать таким образом, чтобы отраженные солнечные лучи сфокусировались в точке, находящейся на расстоянии полета стрелы от зеркала. При помощи своей системы зеркал Архимед поджег корабли римлян. Сюжет этот восхищал титанов Возрождения и продолжает бередить умы современных историков материальной культуры. А художник Джулио Париджи (1566-1633 гг.) нарисовал очаровательную фантастическую картинку, которую вы можете видеть .
Что лично меня смущает в этом сюжете?
Во-первых, некоторые общие физические соображения, которые я не буду приводить, дабы не утомлять читателя скучными подробностями.
Во-вторых, заговорщическое молчание классического историка Пунической войны, а именно Полибия. Зеркала упоминаются только поздним Лукианом (II в.н.э.), а он был известным сказочником.
В-третьих, отсутствие реплик. Если Архимеду действительно удалась подобная техническая авантюра, то почему рукастые римляне, захватив Сиракузы наперекор всем инженерным чудесам обороняющихся, не скопировали боевые зеркала? Ведь и квинкверемы они заимствовали у карфагенян, а скорпионы – у греков.
Но всё возможно в нашем лучшем из миров. На худой конец, не исключена магия.
Огнемётное оружие. Разделавшись с оружием экзотическим, рассмотрим оружие огнеметное, то есть достаточно традиционное для войн XX в.
Первый достоверный случай выбрасывания зажигательного состава из трубы зафиксирован в битве при Делии (424 г. до н.э.). Труба представляла собой полое бревно, а горючая жидкость была смесью сырой нефти, серы и масла.
Несколько позднее был изобретен огнемет, который, однако, метал не горючий состав, а чистое пламя вперемежку с искрами и угольями. Как явствует , в жаровню засыпалось топливо, предположительно древесный уголь. Затем при помощи мехов начинал нагнетаться воздух; с оглушительным и страшным ревом из жерла рвалось пламя. Полагаю, метров на пять.
Впрочем, в некоторых ситуациях эта скромная дальнобойность не кажется столь уж смехотворной. Например, в морском бою, когда корабли сходятся к борту борт, или во время вылазки осажденных против деревянных осадных сооружений противника.
 |
||
|
Рис. 2. Ручной огнемет и огнеметный сифон |
Однако самым интересным и загадочным, подлинно огнеметным и подлинно бесчеловечным оружием был "греческий огонь".
Античность не знает этого оружия, хотя "жаровни" , примененные в битве при Панорме, можно признать предвестниками греческих смертомудростей.
Настоящий "греческий огонь" появляется в Раннем Средневековье. Считается, что он был изобретен неким Каллиником, сирийским ученым и инженером, беженцем из Маальбека. Византийские источники указывают даже точную дату изобретения "греческого огня": 673 г. н.э. "Жидкий огонь" извергался из сифонов . Горючая смесь горела даже на поверхности воды.
"Греческий огонь" был настоящим абсолютным оружием в морских сражениях, поскольку именно скученные флоты деревянных кораблей представляют собой превосходную цель для зажигательной смеси. И греческие, и арабские источники в один голос заявляют, что действие "греческого огня" было просто-таки ошеломительным.
Точный рецепт горючей смеси остается загадкой по сей день. Обычно называются такие вещества как нефть, различные масла, горючие смолы, сера, асфальт и – обязательно! – некий "секретный компонент". Наиболее адекватным вариантом видится смесь негашеной извести и серы, которая загорается при соприкосновении с водой, и каких-нибудь вязких носителей наподобие нефти или асфальта. Ну и магия, конечно.
Впервые трубы с "греческим огнем" были установлены и опробованы на дромоне , а потом стали главным оружием всех классов византийских кораблей. При помощи "греческого огня" были уничтожены два больших арабских флота вторжения.
Византийский историк Феофан сообщает: "В год 673 ниспровергатели Христа предприняли великий поход. Они приплыли и зазимовали в Киликии. Когда Константин IV узнал о приближении арабов, он подготовил огромные двухпалубные корабли, оснащенные Греческим огнем, и корабли-носители сифонов... Арабы были потрясены... Они бежали в великом страхе."
Вторая попытка была предпринята арабами в 718 г.
"Император подготовил огненосные сифоны и поместил их на борту одно- и двухпалубных кораблей, а потом выслал их против двух флотов. Благодаря Божьей помощи и через заступничество Его Пресвятой Матери, враг был наголову разбит."
Не вызывает сомнений, что со временем арабы поняли одну очень простую вещь: психологическое воздействие греческого огня куда сильнее, чем его реальная поражающая способность. Достаточно выдерживать дистанцию с византийскими кораблями около 40-50 м. Что и было сделано. Однако "не приближаться" в отсутствие эффективных средств поражения означает "не воевать". И если на суше, в Сирии и Малой Азии, византийцы терпели от арабов одно поражение за другим, то Константинополь и Грецию, до которых сарацинам было плыть и плыть, а значит подставляться и подставляться под удары византийских кораблей-огненосцев, христианам удалось удерживать в течение долгих веков.
Также следует заметить, что византийцы с успехом применяли "греческий огонь" не только против арабов, но и против русов. В частности, в 941 г. при помощи этого секретного оружия была одержана победа над флотом князя Игоря, который подошел непосредственно к Константинополю.
Публикация:
XLegio © 1999
Эллада оставила огромный след в истории и повлияла почти на все сферы жизни современной Западной Цивилизации. Наука, культура, искусство, строительство – всех отраслей и не перечислишь. Даже в специфичном оружейном деле найдутся представители, так или иначе связанные с достижениями Древней Греции. И сегодня как раз предлагаем разобрать пример подобного плана – греческий огонь, который в средние века гремел на весь мир. Что это за оружие, кто и когда решил его использовать, а также зачем оно применялось, подробно распишем в статье.
Что такое греческий огонь
Начнем с небольшого отступления. Всем известно, что Греция – морская держава, обладающая большим количеством островов . В античные времена отдаленные территории было крайне тяжело защищать, тем более в условиях постоянно враждовавших греческих регионов. Поэтому острова захватывали, отвоевывали и вновь перехватывали, причем разворачивались эпичные битвы за владение территорией зачастую на воде. Корабли противников стремились потопить друг друга, и для достижения этой цели использовались различные средства. Например, еще в V веке до н.э. была изобретена первая воспламеняющаяся смесь, из чего позже разжегся греческий огонь.
В сохранившихся источниках отмечается, что диковинка такого оружия была не только в большой разрушительной силе (деревянные корабли воспламенялись мгновенно ), но и в сложности тушения. Находящиеся на борту еще больше впадали в панику, когда осознавали, что распаляющийся огонь невозможно потушить обычной водой. И более того: он мог гореть даже на водной поверхности! При этом дальнобойность орудия составляла 20-30 м, чего для сухопутных битв недостаточно, зато с лихвой хватает для поджога медлительных античных кораблей.
Таким образом, греческий огонь – это смесь, которая легко воспламеняется, быстро разгорается и не реагирует на воздействие воды. Изначально им наносили колоссальные разрушения, но позже все-таки нашли способ бороться с распространением огня. Однако, за время использования огнедышащее орудие успело войти в анналы истории и прославиться на весь мир.
Первое применение и последующее развитие греческого огня
Знаменитым средневековым оружием всепоглощающее пламя стало не сразу, поэтому предлагаем проследить этапы его становления.
Открытия античной эпохи
Первый зафиксированный случай использования зажигательной негасимой смеси, как ни удивительно, был зафиксирован в сражении на суше. Произошло это событие в битве при Делии (424 г. до н.э.): эллины выпускали языки пламени из полого дерева, поджигая пространства, занятые вражескими войсками. К сожалению, доподлинных сведений о том, из чего состоял античный греческий огонь не сохранилось, но спустя немногим более полувека, в 350 г. до н.э., это орудие вновь нашло применение. Вот что пишет античный автор о том периоде времени:
«Для поджога вражеских кораблей используют горючий раствор, изготовленный из серы, ладана, пакли, смолы и опилок дерева.»
Таким образом, это первый рецепт греческого огня, известный миру. Позднее случаи использования зажигательных смесей отмечали в сражениях у острова Родос (190 г. до н.э.) и при столкновениях в период раннего христианства (III в. н.э.). Но все-таки античные растворы еще не вполне являются тем знаменитым огнем, который нагонял страх на средневековых воинов. Значительно усовершенствовали древнегреческое орудие лишь в 7 веке нашей эры.
Читайте также: Архитектура Греции - особенности строительства в античности и современности
Византийский расцвет
В 673 году сирийский изобретатель Каллиник спроектировал для метания огня специальный «сифонофор». Устройство было изготовлено из меди, имело форму трубы и действовало по принципу насоса: зажигательную смесь заправляли внутрь, и под давлением мехов и сжатого воздуха огонь мощной струей с грохотом извергался наружу.
Жил Калинник в Гелиополе, который как раз в ту пору завоевали арабы. Поэтому инженер спешно бежал в Византию, где предложил императору Константину IV использовать свое изобретение в войне с арабами. Именно с берегов Византийской империи и пошла слава о зажигательном оружии.
Впервые разработка Каллиника была применена в сражениях при Киликии. Флот Византии подготовил несколько больших двухпалубных кораблей, нагруженных горючей смесью и сифонами. Когда неприятельская флотилия подошла к византийцам на достаточное расстояние, император приказал открыть огонь. Пламя покрыло вражеские корабли и окружающие их воды: арабы были страшно потрясены и в панике пытались спастись от огня бегством.
Так арабское войско потерпело первое поражение, после которого восточного неприятеля ждал еще целый ряд сокрушительных побед византийцев. К слову, были разгромлен и русский флот, шедший под предводительством князя Игоря завоевывать Царьград, он же Константинополь. Позднее потерпели неудачу в битве с византийцами и венецианские крестоносцы.
Словом, с греческим огнем войску императора на воде не было равных, и Константин отлично это понимал. Поэтому секрет производства греческого огня стал военной тайной, разглашение которой приравнивалось к государственной измене. А особо интересующимся тем, что такое греческий огонь, рассказывалась красивая легенда о том, что якобы к императору Византии Константину явился с небес ангел и даровал рецепт неугасимого огня.
Аналоги и спад былой славы
Подлинный состав греческого огня так и не был разглашен, и со временем рецептура была безвозвратно утеряна. Достоверно известно лишь одно: это была горючая смесь, состоявшая из нефти, добываемой на Тасманском полуострове. Однако, в последующие века было зафиксировано применение аналогичного оружия: например, греческий огонь использовали против норманнов во время осады албанского Дураццо (1106 г.). Также в письменных источниках упоминаются сведения о том, что в XI-XII веках аналогичным орудием владели западные славяне, англичане, русичи и азиаты. Причем зажигательные смеси теперь использовали не только на море, но и на суше: при осаде или защите городов и крепостей.
Однако, аналогичные греческому огню составы были уже не так эффективны. Конечно, применяющая их сторона чаще побеждала, но многие уже научились бороться с огнем с помощью песка и уксуса, тем более что отнюдь не все аналогичные смеси могли противостоять даже воздействию воды. Так что постепенно греческий огонь терял свою славу и употреблялся все реже. Лебединой песней когда-то грозного орудия стала битва за Константинополь, в 1453 году осажденный войском турецкого султана. Всего 1 византийский корабль и 4 союзных судна Генуи с помощью греческого огня смогли разгромить османскую флотилию, насчитывающую 150 судов! Причем кроме кораблей турки потеряли еще более 12 000 своих воинов.
История хранит немало случаев сокрытия военных секретов. Пример тому — знаменитый «греческий огонь», вероятный предтеча современного огнемета. Тайну своего оружия греки оберегали в течение пяти веков, пока она не оказалась утерянной навсегда.
Так кто же и когда впервые в истории применил огнемет? Что это за странное оружие — «греческий огонь», до сих пор не дающее покоя историкам? Одни исследователи принимают факт сообщений о нем за неоспоримую истину, другие, несмотря на свидетельства источников, относятся к ним с недоверием.
Первый случай применения зажигательного оружия произошел во время битвы при Делии, происшедшей в 424 году до н.э. В этом сражении фиванский военачальник Пагонда разбил главную афинскую армию под предводительством Гиппократа, который пал на поле боя. Тогда «зажигательное оружие» представляло собой полое бревно, а горючая жидкость являлась смесью сырой нефти, серы и масла.
Во время Пелопоннесской войны между Афинским морским союзом и Пелопоннесским союзом во главе со Спартой спартанцы жгли серу и смолу под стенами Платеи, желая вынудить осажденный город к сдаче. Это событие описано Фукидидом, который сам был участником войны, но за неудачное командование эскадрой афинского флота подвергся изгнанию.
Однако некое подобие огнемета было изобретено гораздо позже. Но он метал не горючий состав, а чистое пламя вперемежку с искрами и углями. В жаровню засыпалось топливо, предположительно древесный уголь, затем при помощи мехов нагнетался воздух, вызывающий пламя, вырывающееся из жерла с оглушительным и страшным ревом. Конечно, такое оружие не являлось дальнобойным.
Только с появлением загадочного «греческого огня» можно было бы говорить о создании грозного и беспощадного оружия.
Самыми близкими предвестниками «греческого огня» считаются «жаровни», примененные на римских кораблях, с помощью которых римляне могли прорываться сквозь строй кораблей вражеского флота. Эти «жаровни» представляли собой обычные ведра, в которые непосредственно перед боем заливали горючую жидкость и поджигали ее. «Жаровню» подвешивали на конец длинного багра и выносили на пять-семь метров вперед по курсу корабля, что позволяло опорожнить ведро с горючей жидкостью на палубу неприятельского корабля прежде чем тот сумел бы протаранить римское судно.
Были еще и сифоны, изобретенные около 300 года до н.э. неким греком из Александрии, — ручное оружие, представлявшее собой трубу, наполненную маслом. Масло поджигалось, и им можно было поливать вражеское судно. Принято считать, что позже сифоны изготовлялись из бронзы (по другим источникам — из меди), а вот как именно они метали горючий состав — неизвестно…
И все же истинный «греческий огонь» — если таковой вообще существовал! — появился только в Средневековье. Происхождение этого оружия до сих пор точно неизвестно, но предполагается, что его изобрел некий сирийский архитектор и инженер Каллиник, беженец из Маальбека. Византийские источники указывают даже точную дату изобретения «греческого огня»: 673 год н.э. (по другим данным, это был 626 год, когда ромеи применили огонь против персов и аваров, объединенными силами осаждавших Константинополь). «Жидкий огонь» извергался из сифонов, и горючая смесь горела даже на поверхности воды. Огонь гасили только песком. Это зрелище вызывало ужас и удивление противника. Один из очевидцев писал, что горючую смесь наносили на металлическое копье, запускаемое гигантской пращой. Оно летело с быстротой молнии и с громовым грохотом и было похоже на дракона с головой свиньи. Когда снаряд достигал цели, происходил взрыв и подымалось облако едкого черного дыма, после чего возникало пламя, распространяющееся во все стороны; если пытались загасить пламя водой, оно вспыхивало с новой силой.
Поначалу «греческий огонь» — или «grijois» — использовался только ромеями (византийцами), и только в морских сражениях. Если верить свидетельствам, в морских сражениях «греческий огонь» был абсолютным оружием, поскольку именно скученные флоты деревянных кораблей представляли превосходную цель для зажигательной смеси. И греческие, и арабские источники в один голос утверждают, что действие «греческого огня» было поистине ошеломительным. Историк Никита Хониат пишет о «закрытых горшках, где спит огонь, который внезапно разражается молниями и поджигает все, чего достигает».
Точный рецепт горючей смеси остается загадкой по сей день. Обычно называются такие вещества, как нефть, различные масла, горючие смолы, сера, асфальт и некий «секретный компонент». Предположительно речь шла о смеси негашеной извести и серы, которая загорается при соприкосновении с водой, и каких-нибудь вязких носителей наподобие нефти или асфальта.
Впервые трубы с «греческим огнем» были установлены и опробованы на дромонах — кораблях флота Византийской империи, а потом стали главным оружием всех классов византийских кораблей.
В конце 660-х годов нашей эры арабский флот неоднократно подступал к Константинополю. Однако осажденные, возглавляемые энергичным императором Константином IV, отбили все приступы, а арабский флот был уничтожен с помощью «греческого огня». Византийский историк Феофан сообщает: «В год 673 ниспровергатели Христа предприняли великий поход. Они приплыли и зазимовали в Киликии. Когда Константин IV узнал о приближении арабов, он подготовил огромные двухпалубные корабли, оснащенные греческим огнем, и корабли-носители сифонов… Арабы были потрясены… Они бежали в великом страхе».
В 717 году арабы во главе с братом халифа, сирийским наместником Масламой, подошли к Константинополю и 15 августа предприняли очередную попытку завладеть Константинополем. 1 сентября арабский флот, насчитывавший более 1800 кораблей, занял все пространство перед городом. Византийцы перегородили залив Золотой Рог цепью на деревянных поплавках, после чего флот во главе с императором Львом III нанес неприятелю тяжелое поражение. Его победе в немалой степени способствовал «греческий огонь». «Император подготовил огненосные сифоны и поместил их на борту одно- и двухпалубных кораблей, а потом выслал их против двух флотов. Благодаря Божьей помощи и через заступничество Его Пресвятой Матери, враг был наголову разбит».
То же самое повторилось с арабами в 739, 780 и 789 годах. В 764 году жертвой огня стали болгары…
Есть свидетельства того, что ромеи применяли «греческий огонь» и против руссов.
В 941 году при помощи своего секретного оружия они одержали победу над флотом князя Игоря, который шел походом на Царьград (Константинополь). Ромеи, предупрежденные болгарами, выслали навстречу грозной Руси флот под предводительством Каруаса, Феофана и Варда Фока. В завязавшемся морском сражении русский флот был уничтожен. Не в последнюю очередь благодаря «греческому живому огню». Потушить корабли было невозможно, и русские воины, спасаясь от смертоносного огня, в «бронях» прыгали в море и камнем шли ко дну. Налетевшая буря завершила разгром русского флота.
Минуло без малого сто лет, когда старший сын Ярослава Мудрого, Владимир, в 1043 году с флотом неожиданно подошел к стенам Константинополя. Русские корабли выстроились в одну линию в бухте Золотой Рог, где через несколько дней произошло сражение. По свидетельству Карло Ботта, русские потерпели поражение «от наступивших осенних бурь, греческого огня и опытности византийцев в морском деле».
Однако в другом морском бою того же Владимира Ярославича с флотом ромеев, когда князь возвращался домой, «греческий огонь» никак себя не проявил. Руссы беспрепятственно вернулись в Киев. Не совсем ясно также, по какой причине не применялся огонь и во время знаменитого успешного похода на Византию киевского князя Олега в 907 году… И почему Византия не применяла столь мощное средство против остальных своих противников?
По заявлениям ряда русских и западноевропейских историков, монголо-татары также использовали «греческий огонь». Однако в первоисточниках практически нигде не говорится об эффективности его применения!
Совсем не проявил себя «живой огонь» во время походов Батыя на Русь. На взятие крупнейших городов — княжеских столиц — затрачивалось от трех дней до недели, а такой маленький городок, как Козельск, который без особых хлопот можно было сжечь тем же «живым огнем», семь недель стойко держался против всей Батыевой орды. Победоносное вторжение Батыя в Западную Европу также обошлось без применения «живого огня». Знаменитый Джанибек больше года безрезультатно штурмовал Кафу (современная Феодосия)…
Достаточно подробно описано взятие и разорение Москвы Тохтамышем, но автор «Повести» не упоминает о каком-либо «чудо-оружии» у захватчиков. Знаменитейший азиатский полководец Тимур (Тамерлан) также прекрасно обошелся без чудесного «греческого огня».
Во времена крестовых походов «греческий огонь» был уже широко известен и на Западе, и на Востоке, причем применялся не только в морских, но и в сухопутных боях.
Вообще, горючие материалы употреблялись на Западе, как и на Востоке, и широко распространенным приемом борьбы с метательными машинами противника был их поджог с помощью горящей пакли. Даже на ковре из Байе можно видеть примитивные зажигательные средства, представляющие собой факелы на конце длинных пик, предназначенные для поджога осадных башен и орудий, делавшихся почти всегда из дерева. Во время осады Иерусалима, по словам хронистов, на осаждающих обрушился настоящий поток горючих материалов: «Горожане метали в башни огонь плотной массой, было много горящих стрел, головешек, горшков с серой, маслом и смолой, и многое другое, что поддерживает огонь».
Но «греческий огонь» был более страшен, чем смола или головешки. Есть сведения об этом чудесном «оружии массового поражения» в средневековых испанских хрониках. Они записаны со слов участников похода Людовика IX в святую землю.
В Аравии и в странах Ближнего Востока имелось много нефтяных источников, поэтому арабы легко могли воспользоваться нефтью, ибо ее запасы были просто неиссякаемы. Во время нападения франко-византийцев на Египет в 1168 году мусульмане держали у ворот Каира двадцать тысяч горшков нефти и затем запустили десять тысяч поджигающих камней, чтобы поджечь город и не допустить в него франков.
Знаменитый Саладин таким же образом вынужден был поджечь свой нубийский лагерь, чтобы подавить бунт своей черной гвардии, и действительно, когда восставшие увидели, как загорелась их стоянка, где находилось их имущество, жены и дети, они в панике бежали.
Один свидетель рассказывал, какой эффект был произведен при осаде Дамьетты в ноябре 1219 года «скатертями греческого огня»: «Греческий огонь, текший, как река, от речной башни и от города, сеял ужас; но с помощью уксуса, песка и других материалов его затушили, придя на помощь тем, кто стал его жертвой».
Со временем крестоносцы научились защищаться от «живого огня»; они покрывали осадные орудия шкурами свежеободранных животных и стали тушить огонь не водой, а уксусом, песком или тальком, который издавна использовали и арабы для предохранения себя от этого огня.
Наряду со свидетельствами об ужасном оружии в истории «греческого огня» имеется немало белых пятен и просто необъяснимых ситуаций.
Вот и первый парадокс: как указывал хронист Робер де Клари в своем произведении «Завоевание Константинополя», созданном в начале XIII века, крестоносцы в 1204 году сами — значит, уже знали его секрет? — пытались использовать «греческий огонь» при осаде Константинополя. Однако деревянные башни константинопольских стен были защищены кожами, смоченными водой, поэтому огонь рыцарям не помог. А почему «живой огонь» не применяли ромеи, знавшие его секреты и защищавшие город? Это остается загадкой. Так или иначе, но крестоносцы, блокировав Константинополь с моря и суши, взяли его решительным штурмом, потеряв всего одного рыцаря.
То же самое происходит и в период агонии Византийской империи в 1453 году, когда турки-османы захватили Константинополь. Даже в последних боях за столицу до применения «чудо-оружия» не дошло…
Ведь если существовало столь эффективное оружие, наводившее страх и ужас на противников, почему же оно позже не играло существенной роли в сражениях? Потому что секрет его был утерян?
Стоит задуматься над следующим вопросом: можно ли удержать монополию на какой-либо вид вооружения или боевой техники после того, как его действие наглядно продемонстрировано на поле боя? Как показывает опыт войн — нет. Получается, что это грозное оружие применялось только в тех кампаниях, когда и без него уже были реальные предпосылки для достижения победы — малочисленность войск противника, нерешительный характер его действий, плохие погодные условия и тому подобное. А при встрече с сильным противником армия, обладавшая «чудо-оружием», оказывалась вдруг на грани гибели и почему-то не применяла страшное оружие. Версия об утере рецепта «живого огня» весьма сомнительна. Византийская империя, как и любое другое государство Средних веков, не знало мирных передышек…
Так существовал ли «греческий огонь» вообще?
Вопрос так и остается открытым. В действительности огнеметы в боевых действиях стали применяться только в начале XX века, а точнее, во время Первой мировой войны, причем всеми воюющими сторонами.
"Греческий огонь" - одна из самых притягательных и волнующих загадок Средневековья. Это таинственное оружие, обладавшее удивительной эффективностью, состояло на вооружении Византии и на протяжении нескольких веков оставалось монополией могучей средиземноморской империи. Как позволяет судить ряд источников, именно "греческий огонь" гарантировал стратегическое преимущество византийского флота над морскими армадами всех опасных соперников этой православной сверхдержавы Средневековья.
Прототип греческого огня появился предположительно в 190 до н. э. при защите острова Родос. Но ещё в 424 году до н. э. в сухопутном сражении при Делии древнегреческими воинами из полого бревна выпускалась некая зажигательная смесь сырой нефти, серы и масла. Собственно «греческий огонь» был изобретён в 673 г. инженером и архитектором Каллиником из завоёванного арабами сирийского Гелиополя (современный Баальбек в Ливане), который, по-видимому, сконструировал специальное метательное устройство — «сифон» — для метания зажигательной смеси. Каллиник бежал в Византию и там предложил свои услуги императору Константину IV в борьбе против арабов. А что представляла из себя установка- можно увидеть на картинке ниже. Это реконструированный античный огнемет с принудительным нагнетанием воздуха.
Античный огнемет с принудительным нагнетанием воздуха (реконструкция). 1 - жерло огневой трубки; 2 - жаровня 3 - заслонка для отклонения воздушной струи; 4 - колесная тележка; 5 - скрепленная железными обручами деревянная труба для нагнетания воздушного потока; 6 - щит для обслуги; 7 - мехи; 8 - рукоятки мехов
Предположительно, максимальная дальнобойность сифонов составляла 25-30 м, поэтому изначально греческий огонь использовался только во флоте, где представлял страшную угрозу медленным и неуклюжим деревянным кораблям того времени. Кроме того, по свидетельствам современников, греческий огонь ничем нельзя было потушить, поскольку он продолжал гореть даже на поверхности воды. Впервые сифоны с греческим огнем были установлены на византийских дромонах во время битвы при Киликии. Историк Феофан писал о ней:
в год 673 ниспровергатели Христа предприняли великий поход. Они приплыли и зазимовали в Киликии. Когда Константин IV узнал о приближении арабов, он подготовил огромные двухпалубные корабли, оснащённые греческим огнем, и корабли-носители сифонов… Арабы были потрясены… Они бежали в великом страхе.
Однако с ходом истории рецепт этого самого огня был потерян и на сегодняшний день точный состав узнать не возможно. Над раскрытием секретных компонентов смеси работали многие алхимики и, позднее, учёные. Одним из таких исследователей был француз Дюпре, который в 1758 году объявил о том, что открыл секрет греческого огня. Были проведены испытания около Гавра, в результате которых был сожжён деревянный шлюп, находившийся на большом расстоянии в открытом море. Король Людовик XV, впечатлённый и испуганный действием этого оружия, выкупил у Дюпре все его бумаги и уничтожил их.
Популярные публикации сайта.
Loading...